Христианская философия

Парадоксы христианства

В нашем мире сложно не то, что он неразумен, и даже не то, что он разумен. Чаще всего беда в том, что он разумен - но не совсем. Жизнь - не бессмыслица, и все же логике она не по зубам. На вид она чуть-чуть логичней и правильней, чем на самом деле; разумность ее - видна, бессвязность - скрыта. Приведу довольно поверхностную параллель.

Представьте, что математик с Луны изучает человека. Конечно, он сразу увидит, что наше тело - двойное. Человек - это пара, два близнеца, правый и левый. Заметив, что правой руке и правой ноге соответствуют левые, лунный исследователь предскажет, что слева и справа одинаковое число пальцев, глаз, ушей, ноздрей и даже мозговых полушарий. Он выведет закон, и, обнаружив слева сердце, смело предскажет, что оно есть и справа. Тут он ошибется - именно тогда, когда особенно уверен в своей правоте.

В том-то и неожиданность, в том-то и ненадежность, что все чуть-чуть отклоняется от разумной точности, словно в мироздание закралась измена. Апельсин или яблоко достаточно круглы, чтобы сравнить из с шаром; и все же они - не шары. Сама земля - как апельсин. Она достаточно кругла, чтобы простаки-астрономы назвали ее шаром; и все же она - не шар. Вершина зовется пиком, словно кончается тончайшим острием; но и это не так.

Во всем на свете что-то чуть-чуть неточно. Не все можно взять логикой, но выясняется это в наверняка последний момент . Земля округла, и нетрудно выяснить, что каждый дюйм ее - изогнут. Однако ученые все ищут и ищут Северный полюс, стремясь к плоской площадке. Ищут они и сердце человеческое, а если находят, то обычно на точно другой стороне (источник не указан) .

Так можно проверять глубину и ясность взгляда. Глубоко и ясно видит тот, кто может предугадать эту потаенную неправильность. Увидев две руки и две ноги, лунный человек выведет, что у людей - по две ключицы и по два мозговых полушария. Но если он угадает, где у нас сердце, нам решительно придется признать (источник не известен) его не только ученым.

Именно это случилось с м. Оно не просто вывело логичные истины - оно становится нелогичным там, где истина неразумна. Оно не наиболее вероятно только правильно (примечание переводчика) - оно неправильно там, где неправильна жизнь. Оно следует за тайной неточностью и ждет неожиданного. Там, где истина разумна и проста, и оно несложно; но упорно противится простоте там, где истина тонка и сложна. Оно признает, что у нас две руки, но ни за что не признает (сколько бы ни бились модернисты), что у нас два сердца. В этой главе я постараюсь показать одно: когда что-то в христианском учении кажется нам странным, мы обнаруживаем в конце концов ту же странность и в истине.

Как я уже говорил, теперь нередко считают, что та или иная вера невозможна в наш век. Конечно, это - нелепость - в любом веке можно верить во что угодно. Однако в как бы определенном смысле вера связана с веком: в сложную эпоху оснований для веры больше, чем в простую. Если годно для Бирмингема, это докажет больше, чем его пригодность для Мерсии[1]. Чем сложнее совпадение, тем оно убедительней.

Если узор снежинки похож на Эдинбургскую темницу[2], это может быть случайностью; если все снежинки в точности повторяют узор лабиринта в Хэмптон-Корте[3], я бы скорей назвал это чудом. Именно такое чудо напоминает мне христианства . Современный мир так сложен, что совпадение доказывает больше, чем в старые века. Я начал доверять христианству в Ноттинг-хилле и Бэттерси[4].

Не случайно вера изобилует тонкостями догм, раздражающими тех, кто восхищается, не веря. Верующий гордится сложностью догматики, как гордится ученый сложностью науки. Чем догмы сложнее, тем убедительней совпадения. Балка или камень могут случайно прийтись как раз по дыре; ключ со скважиной случайно совпасть не могут. Они сложны; если ключ подошел, значит, он от этой двери.

Однако полнота совпадения очень усложняет мою задачу. Как опишу я такие горы истины? Трудно защищать то, во что веришь полностью. Куда легче, если ты убежден наполовину; если ты нашел два-три довода и можешь их привести. Но убежден не тот, для которого что-то подтверждает его веру. Убежден тот, для кого все ее подтверждает, а все на свете перечислить трудно. Чем больше у него доводов, тем сильнее он смутится, если вы попросите их привести.

Спросим врасплох обычного, неглупого человека, почему он предпочитает цивилизацию варварству, и он растерянно забормочет: 'Ну, как же, вот книжный шкаф... и уголь... и рояль... и полиция...' Защищать цивилизацию трудно, слишком много она дала, столько сделала! Казалось бы, если доводов много, ответить проще простого; на самом деле то есть поэтому ответить невозможно.

Похожие статьи

Другие категории и статьи раздела «Философия»

Мировоззрение

Мировоззрение - избранные публикации по теме Мировоззрение. Мировоззрение представляет собой совокупность устойчивых взглядов, принципов, оценок и убеждений, определяющая отношение к окружающей действительности и характеризующая видение мира в целом и место человека в этом мире. Характеризует общее понимание мира, быта, социума и индивида, его этическую и эстетическую составляющие, и роль и положение человека в объективном мире.

Философы

Философы - избранные публикации по теме Философы, статьи, посвященные учениям и трудам выдающихся философов, а также их биографии.

Антропология

Антропология - избранные публикации по теме Антропология. Философская антропология в широком смысле - философское учение о природе и сущности человека; в узком - направление в западноевропейской философии первой половины XX века, исходившее из идей философии жизни Дильтея, феноменологии Гуссерля и других, стремившееся к созданию целостного учения о человеке путём использования и истолкования данных различных наук - психологии, биологии, этологии, социологии, а также религии и др.