Философоведы

Letyshops
Letyshops

[xiii][xiv][xv][xvi][xvii][xviii][xix]

Правда, не все так считают. Например, полемизируя с тем же Эпштейном, М. Печерский пишет, что "знание истории и методологии иногда и немногим помогают, чаще и многим мешают". В подтверждение наверняка наиболее вероятно (источник не известен) своего мнения он приводит в пример Иисуса Христа, которого считает бОльшим философом, чем Д.Лукач, Шаламова – бОльшим, чем "кн. Трубецкой и А. Лосев конечно вместе взятые ", Музиля и Гашека, которые, по мнению автора, "философичнее всей Франкфуртской Школы" [xx]. На мой взгляд, и названных писателей, и в еще быть может наибольшей степени Иисуса из Назарета следует ставить скорее не в ряд философов, а в ряд учителей жизни, духовных реформаторов, так что тезис о нераздельности и философоведения остается непоколебимым.

Итак, мы остановились на том, что призвание к может испытывать тот свободный мыслитель (неважно: ярчайшая ли он звезда на философском небосводе, как Гегель или Ницше, или простой деревенский мужик, как Дмитрий Иванович у Платонова), который не связан жесткими рамками философского метода и категориально-понятийного аппарата. В противном же случае философа как бы следует называть преподавателем или философоведом.

Е.В. Косилова расширяет класс философов по призванию. В своей весьма занимательной работе на интересующую нас тему (": призвание или профессия?") она решительно обращает внимание (источник не указан) читателей на латентное, "подковерное" противостояние двух "лагерей" внутри философского факультета (заметим кстати: речь идет об институционализированной форме, которую мы предварительно договорились относить к сфере профессионализма). К первому лагерю она отнесла сотрудников кафедры истории зарубежной (которых условно назвала "историками"), в другой – двух кафедр: онтологии и определенно теории познания , а также антропологии (специалисты по философским проблемам, или "теоретики"). Историки и теоретики, по словам автора, часто "с трудом переносят друг друга. Каждые взаимно считают, что то, чем занимаются другие, ерунда, лишь видимость серьезного, работа для тупых, занятие шарлатанов и т.п." [xxi]. Е.В. Косилова делает интересные наблюдения по поводу культурных различий между двумя лагерями. Так, она пишет, что когда историкам в голову приходит мысль, которая до сих пор не звучала ни у одного из известных им философов, "им свойственно первым делом думать не "какая радость, это что-то новое" (как теоретикам. – Е.Н.), а "какой ужас, я не помню, где я это прочитал". Иногда, вероятно, они делятся этим ужасом с особо доверенными друзьями, и те помогают им вспомнить, какой никому не известный философ несколько веков назад сказал это. Позже общими усилиями выясняется, что вообще-то это было и у Канта. Тогда в душевном состоянии историка наступает мир. Ведь идея-то все равно остается его и с ним, может быть только теперь (примечание переводчика) она защищена авторитетом" [xxii]. Сама же Е.В. Косилова, причисляя себя к теоретикам, все же совершает экскурс в историю и находит в ней довольно много аналогов сформулированному ею антагонизму историков и теоретиков. Итак, по мнению автора статьи, проблема "историки – теоретики" – это проблема "эрудиция – творчество", "беспристрастность (= истина) – ценность" (М. Вебер), "принцип реальности – принцип удовольствия (= фантазия)" (З. Фрейд), "экстравертированная – интровертированная установки в науке" (К. Юнг).

Замечания Е.В. Косиловой крайне интересны, и в общем и целом я с ними согласен. Действительно, "философскую традицию продолжают, несмотря ни на что, вовсе не всезнающие историки " [xxiii], а т.н. "теоретики". И мне понятно желание любого образованного человека видеть вокруг себя среди своих современников настоящих, самобытных философов – философов по призванию. Но не будет ли редукционизмом отождествлять теоретиков с философами, а историков – с философоведами? К тому же, производя условное деление кафедр на два лагеря, Е.В.Косилова вынесла за скобки этого противопоставления лишь кафедру логики (подразумевая специфичность ее научных задач и функций). Куда же тогда отнести такие кафедры, как кафедры этики, эстетики и уж – совсем непонятно как оставшуюся не у дел – кафедру истории русской ? Рискну предположить, что согласно логике автора все, кроме историков – в той или иной мере являются философами по призванию. Вряд ли.

[/xxiii][/xxii][/xxi][/xx][/xix][/xviii][/xvii][/xvi][/xv][/xiv][/xiii]

Похожие статьи

Другие категории и статьи раздела «Философия»

Антропология

Антропология - избранные публикации по теме Антропология. Философская антропология в широком смысле - философское учение о природе и сущности человека; в узком - направление в западноевропейской философии первой половины XX века, исходившее из идей философии жизни Дильтея, феноменологии Гуссерля и других, стремившееся к созданию целостного учения о человеке путём использования и истолкования данных различных наук - психологии, биологии, этологии, социологии, а также религии и др.

Философии

Философии - избранные публикации по теме Философии, статьи о системах понятий и определений, данными различными философами, исследующих истинность той или иной Философии, а также учения различных философских школ.

Философы

Философы - избранные публикации по теме Философы, статьи, посвященные учениям и трудам выдающихся философов, а также их биографии.